Цыплят по осени… режут

0

В данной статье приведены четыре истории о том, как и почему люди вынуждены уходить из своих компаний в связи с кризисом. Интересны они, прежде всего, тем, что отражают точку зрения увольняемых.

История 1.
КОМЕДИЙНО-ДЕТЕКТИВНЫЙ СЛУЧАЙ

Эксперт по управлению номерным фондом. 46 лет. В гостиничном бизнесе 21 год. В компании пять месяцев. Выплачивает кредит по ипотеке. Платит за обучение дочери. Ухаживает за матерью-инвалидом. Управляющая компания создана в 1993 году. Основное направление деятельности — предоставление профессиональных услуг в области гостеприимства. Компания владеет и управляет загородными отелями. Отели расположены в живописном месте, в Подмосковье. Это комплекс комфортабельных деревянных коттеджей 3 — 4*, с развитой инфраструктурой.

Неприятности для коллектива начались в конце октября, когда в компании поползли слухи о том, что замораживают все проекты, финансовые поступления не предвидятся. Тогда же руководство стало вызывать ряд сотрудников к себе для внушений и объяснений.
Первой жертвой пал эксперт по организации ресторанной службы Николай. Ему все объяснил директор по безопасности: специалист Николай никакой, распоряжения руководства не выполняет и т.д., причем 10 месяцев до этих событий в нем все устраивало. А дальше в категоричной форме директор по безопасности заявил, что до тех пор, пока Коля не напишет заявление по собственному желанию, его на рабочее место за вещами не пустят. К сожалению, Николай не попытался отстоять свои права и уволился. Далее последовал разговор с сотрудниками отдела маркетинга, отдела персонала, всем говорили стандартную формулировку: «Мы вас очень ценим, стремимся сохранить коллектив, поэтому возьмите отпуск за свой счет на два месяца, а далее, может быть, ситуация улучшится. К тем, кто пытался отстоять свои права и просил предложить менее радикальные меры, отношение руководства менялось, начинались угрозы увольнения по статье, создания невыносимых условий на рабочем месте, невыполнения договора о выплате зарплаты целиком, а она в компании „серая“.

В какой-то момент настал и мой черед, только ведь ситуации у людей разные, я несу ответственность, в том числе и материальную, не только за себя, поэтому не могу позволить себе оказаться на улице. Со мной тоже велись внушающие беседы, и я предупредила, что терять мне нечего, и поэтому пойду до конца. Сюжет развивался по дням.

5 ноября. Меня вызвал генеральный директор, опять посетовал на замороженные проекты и с удивлением в голосе сказал, что не понимает, кто и зачем меня брал на работу. Потом пояснил, что брали на новые проекты, а их нет, поэтому мне стоит уйти в отпуск за свой счет. Повторил при этом, что я ценный сотрудник, и разрешил мне дать ответ на следующий день. Но предупредил, что ему звонить не надо, а сразу следует обратиться к директору по персоналу.

6 ноября. Через 5минут после начала рабочего дня мне позвонил директор по персоналу с вопросом: „Что решили?“ Я уточнила, о каком сроке идет речь. Срок оказался приличным — до 15 января. С моей стороны поступило предложение начать процедуру сокращения, на что получила в ответ: „Это не та ситуация, в которой Вы можете что-то предлагать“. В этот день купила диктофон и записывала все разговоры с работодателем.

7 ноября. Начались словесные угрозы и активная работа по созданию различных приказов и документов, которые якобы могут стать основанием для моего увольнения.

Предлагаю один из примеров, потом их будет множество. В конце октября руководство присылало экспертам, в том числе и мне, должностную инструкцию по работе с отелями для внесения изменений и дополнений. Мы тогда в отделе решили, что ее надо переделывать, так как прописаны только обязанности, но никаких прав и полномочий. Даты не оговаривались, насколько я помню, по крайней мере, на этом не заострялось внимание. А 7 ноября мне принесли приказ на подпись, в котором прописана дата внесения изменений в инструкцию — до 3 октября. Как-то странно получается: исполнить надо до 3 октября, а подписывать приказ решили 7 ноября. Этот приказ, как и другие приказы, впоследствии был на нескольких листах, то есть сам текст приказа на одном листе, с подписью директора, а моя подпись предполагалась на другом.

Я, конечно, ничего не стала подписывать. Как мне сказали, на основании этого инцидента был объявлен устный выговор.

10 ноября. Утром, как только открыла корпоративную электронную почту, увидела опять много-много писем от руководства с требованием объяснений по различным вопросам. Обстановка в компании была крайне напряженной, и мне стало плохо с сердцем на рабочем месте. Оперативно вызвали „скорую помощь“, меня увезли в реанимацию. Вскоре в больницу позвонила секретарь по просьбе генерального директора узнать, как я себя чувствую.

11 ноября. День начался со звонка заместителя генерального директора с тем же вопросом о моем самочувствии, а еще она интересовалась, когда я смогу выйти на работу.

12 ноября. Генеральный директор прислал телеграмму: „Как себя чувствуете? Когда выйдете на работу?“

Проболела 10 дней.

20 ноября вышла на работу. В этот день я пригласила съемочную группу с НТВ, они как раз снимали сюжеты для темы „Ты уволен!“ Журналисты вместе со мной прошли в кабинет четырех наших директоров, в тот момент на месте были директор по персоналу, директор по маркетингу и финансовый директор. Как только мы вошли, директор по маркетингу стала звонить в милицию с сообщением, что в офис ворвались люди.

В этот тяжелый момент директор по безопасности находился в другом конце офиса, в малой переговорной, и не знал о том, что директору по персоналу и директору по маркетингу нужна помощь. Наш директор по персоналу — сильно напуганная женщина — побежала за директором по безопасности. Съемочная группа и я — следом за ней. Директор по безопасности среагировал очень оперативно и стал отстаивать репутацию компании всеми ему известными средствами: полез драться с журналистами. Результат был достигнут достаточно быстро — журналистов вытеснили к ресепшену. Когда все немного остыли, директор по безопасности перед камерой сообщил, что я самый ценный сотрудник и меня никто не собирается увольнять.

Как только журналисты ушли, ко мне подошел директор по безопасности со словами: „Забирай свои вещи и убирайся отсюда, ты у нас больше не работаешь“. На меня, конечно, ситуация тоже произвела впечатление, но я старалась держаться и поговорить с ним. И вдруг этот респектабельный мужчина зачем-то стал заталкивать меня в переговорную, тут я действительно не на шутку испугалась, но мне удалось увернуться. Опять позвонила журналистам и попросила вернуться. А в это время в офисе появился участковый милиционер, всех пригласил пройти в отделение. В отделении наш юрист и директор по маркетингу написали заявление на НТВ, что те ворвались в офис, а я написала о том, что мне угрожали и меня толкали.

После потасовки со съемочной группой директор по безопасности обратился к продюсеру передачи с целью разъяснить, кто я такая, и что на самом деле все не так, как кажется. По словам директора по безопасности, я мать-одиночка, которую взяли из жалости, что все вру и с зарплатой в компании все хорошо.

21 ноября. Мое рабочее место теперь в подсобном помещении, рядом с рабочим столом хранятся различные коробки, в комнате грязно. Под рабочим столом стоит кем-то недопитая бутылка красного вина. Отключили корпоративную сотовую связь, не подключили
электронную почту. На моем новом рабочем месте уборщица не убирается.

Кроме того, что руководство компании, по моему мнению, ведет себя глупо и очень грубо с сотрудниками, оно еще подводит своих партнеров. Я точно знаю, что не все проекты заморожены, один отель готовится к запуску. И что же получается: в компании выживают специалистов, а партнеры тем временем уже оплатили услуги. Интересно, кто будет готовить отель к запуску, если учесть, что весь директорский состав имеет очень малый опыт в гостиничном бизнесе.

В данный момент я подала заявление в прокуратуру, налоговую инспекцию, на днях намерена обратиться в трудовую инспекцию. Меня не получилось уволить, но получаю я теперь только белую зарплату 35 тыс. рублей. Все, что со мной произошло и происходит, меня очень поразило. Ведь речь идет о достаточно скромной сумме, которую мне должна выплатить компания по сокращению, из расчета, что моя зарплата 70 тыс. в месяц.

Я буду планомерно действовать, до тех пор пока не получу все, что мне причитается по закону.

История 2. А КАК ВСЕ ХОРОШО НАЧИНАЛОСЬ…

Газета „Наша жизнь“. Редактор приложения газеты „Наша жизнь“,

Виктория:- По образованию я журналист и с первых курсов вуза работаю по профессии. В газету „Неделя“ пришла в качестве верстальщика, очень быстро стала журналистом, потом редактором. Когда в редакции родилась идея нового проекта — рекламно-информационного издания «Тележурналист», именно мне предложили им заняться. Под меня создали должность редактора «Тележурналиста». В наших планах было выпускать «Тележурналист» отдельным изданием, и выпустили несколько номеров. Но уже в конце сентября дали о себе знать сокращенные бюджеты наших клиентов — рекламы стало недостаточно. Поэтому «Тележурналист» начал выходить в структуре газеты «Неделя». В скором времени ко мне подошел главный редактор с новостью о том, что мою должность сокращают. Был составлен соответствующий приказ и подписан обеими сторонами. Мне предложили вернуться на должность журналиста с окладом на 30% меньше моего дохода в должности редактора. Естественно, меня это не устроило. С главным редактором мы говорили о сокращении, но в то же время, когда я подошла к ней спросить, сколько мне выплатят по сокращению, она пояснила, что у нас в издании так не принято и стоит написать заявление по собственному желанию. В том же ключе мне прокомментировал ситуацию и главный бухгалтер: если я не соглашусь на другую должность, то никакие выплаты мне не полагаются. И я, и работодатель проконсультировались с юристом, при этом я узнала много интересного.

Дело в том, что в моей биографии есть один важный момент, и в редакции, конечно, об этом знали.

Я мама ребенка, которому на данный момент 2,4 года. Как оказалось, меня не имеют права сократить до тех пор, пока ребенку не исполнится три года. Не знаю, было ли это известно работодателю раньше, но после беседы с юристом, хотя с момента первого приказа прошло две недели, работодатель отменил приказ о моем сокращении. До августа 2009 года сохранены должность и оклад.

Отношения в коллективе попрежнему хорошие, но последнее время гонорары уменьшились, с чем это связано — не знаю.

История 3. ВСЕ СВОБОДНЫ!

Руководитель отдела контроля готовой продукции ЗАО «Гиян»,

Сергей: — Меня лично сокращения и увольнения не затронули, но сложно закрывать глаза на то, что происходит с людьми. Я ушел из компании, потому что не очень хочется сидеть на тонущем корабле.

Кризис коснулся компании «Гиян» со всех сторон, работа ведется по кредитной системе расчета, с поставщиками из Китая и с сотрудниками компании расплачиваются долларами.

Сокращения в компании на данный момент составляют 60%. Неразбериха началась с того, что выдали зарплату за октябрь не долларами как обычно, а рублями. Кому-то по курсу ЦБ, а кому-то  — по курсу компании — 27 рублей за доллар. Одним начислили два оклада, а другим меньше, чем положено. В один день в моем отделе сократили ⅔ сотрудников, работать стало практически невозможно.

Должен сказать, что на производстве часто людей оформляют не сразу или не по трудовой книжке. В основном это ребята 20 — 25 лет, с низкой квалификацией и уровнем образования. Если человек начнет качать права, на производстве очень легко создать невыносимые условия труда, и он сам сбежит. Это все понимают. В последние числа октября, в день выдачи заработной платы, руководитель производства пригласил к себе в кабинет меня и моих сотрудников, чтобы объявить о так называемом сокращении. Ребята молча забрали деньги, документы и ушли. А за несколько дней до этого прошло общее собрание отделов производства, на котором объявили, что сокращению подлежит один человек. Все посмеялись, было неясно, как на этом экономит компания.

Конечно, прежде всего, сократили новых сотрудников, потом на очереди были работники с низкой квалификацией. Всю работу распределили на оставшийся персонал. В компании остался костяк, который работает 10 — 15 лет. В смысле уменьшения штата все прошло гладко и без проблем, но остро встал вопрос нехватки рабочих рук — весь процесс возложен на несколько человек. По сути, можно оставить пять человек и, работая без выходных, все успевать. Вопрос в том, чего будет стоить такой режим работы персоналу.Помимо увольнений ужесточили условия труда: с декабря сократили зарплату на 15%. За сентябрь и октябрь не оплатили больничные. С начала осени начались регулярные штрафные санкции, которые раньше не применялись. Штраф за час — $2.

История 4. А МЫ ЕЩЕ ПОВОЮЕМ!

Заместитель генерального директора Кадрового агентства Антонина:

— Кадровое агентство на рынке с 2001 года, оказывает услуги по подбору персонала и кадровому консалтингу.

В среднем агентство обслуживает 120 — 160 вакансий, в ноябре — 25 — 30 вакансий. Подбор персонала велся как в Москве и Московской области, так и в регионах России.

В должности заместителя генерального директора кадрового агентства работаю четыре года. Мой месячный доход до конца лета варьировался от 70 тысяч до 150 тысяч рублей. Система оплаты труда традиционная для рекрутеров: символический оклад и проценты с каждой закрытой вакансии клиента.

В конце августа в работе агентства начались сбои, значительно сократилось число клиентов. Снижение спроса на наши услуги происходило постепенно. В настоящий момент число заказов в два раза меньше того, что обычно бывает в ноябре-декабре. По моим прогнозам, ситуация будет только ухудшаться. Как говорят наши клиенты, «зачем обращаться в кадровые агентства, когда по улицам ходят толпы соискателей. Только выбирай». Следствием сложившейся ситуации стало падение доходов агентства и каждого сотрудника. На данный момент мой доход составляет 30 тысяч рублей. Все указанные обстоятельства подвели меня к мысли о том, что необходимо каким-либо образом повлиять на ситуацию. Есть несколько вариантов лично для меня: первый — это найти другую работу, второй — придумать новые схемы работы в агентстве, чтобы нормализовать обстановку, третье — переквалифицироваться.

В поиске нового места работы я откликаюсь на два типа вакансий: руководящие должности по подбору персонала и позиция ведущего специалиста с меньшей зарплатой при условии карьерной перспективы и обучения в компании или за счет нее. Но как показал последний месяц, отклик на мое резюме минимальный. За ноябрь поступило пять предложений, из которых только три считаю более-менее приемлемыми. Раньше, чтобы посмотреть, что творится на рынке, я практиковала следующее: размещала резюме без имени и названия компании, и в течение дня шел шквал звонков и откликов. Есть еще нюанс, который мне мешает в настоящий момент: я часто слышу, что уже профессионально и карьерно переросла должность, на которую претендую, и поэтому очень скоро буду чувствовать себя не на своем месте. Одним словом, выходит, что лучшее — враг хорошего.

Руководство агентства заинтересовано в том, чтобы сохранить коллектив, на данный момент о сокращении штата или рабочего дня речи не идет, напротив, стараются поддерживать благоприятный микроклимат на работе. В нашем коллективе вряд ли возможно довести ситуацию до предела, так как персонал компании профессиональный, динамично реагирует на ситуацию, и, по моим наблюдениям, уже все стараются искать работу, но пока безуспешно.

Конечно, мы заинтересованы сохранить агентство на плаву. Сотрудники подключают свои связи для привлечения клиентов. Обычные комиссионные агентства равнялись 15% годовой зарплаты нового сотрудника. Сейчас же очень гибкий подход к работе с клиентами, даже оплата в размере месячной зарплаты кандидата работодателю кажется высокой. Повсеместно наблюдается тенденция — снижение зарплаты, иногда до 40%. В результате для рекрутеров образовался замкнутый круг — вакансий мало, работодатели снижают зарплату, соответственно, доход сильно упал.

Поэтому в нашем агентстве мы прибегнем к следующим антикризисным действиям:

— с каждым клиентом индивидуальная схема сотрудничества, насколько только возможно следует снижать процентные ставки;
— будем уменьшать оклады, увеличивать проценты сотрудникам, чтобы была высокая мотивация закрывать большое количество вакансий и самим их находить;
— откроем новые направления деятельности: лизинг персонала, программы по обучению, тренинги;
— вернемся к практике 10-летней давности, услуги для соискателей тоже будут платными.

Если наши совместные усилия приведут к положительным результатам, я буду очень рада и далее продолжу работать в родной компании, в случае негативной тенденции мне придется коренным образом пересмотреть свои профессиональные устремления.

Срок я себе дала до лета 2009 года.

 

Автор: Н. Веселова
Источник: журнал «Управление персоналом» 

Поделиться

Комментарии